Мы работаем
с 2004 г.

30, 31 января 2023 года

Практические занятия

Практика 100+

Zoom, начало в 19:00

Подробнее

с 14 февраля 2023 года

Авторский курс

Визуальный образ типа

Zoom, начало в 19:00

Подробнее

21 февраля 2023 года

Третий курс

Соционические типы

 

Подробнее

12 февраля 2020 года

Зачем нам знать типы других людей?

Во всех ситуациях и везде мы сталкиваемся с людьми. Когда речь идет о близких нам людях, исключительно важно знать не только свой тип, но и их типы тоже. Однако так же важно быстро определить тип человека, с которым вам приходится иметь дело по тем или иным поводам.

Зачем нам это знать?

По той простой причине, что зная его тип, мы можем понять, насколько он компетентен в своей области и насколько хорошо может нам помочь. Ведь типовая принадлежность как раз и говорит нам о том, на чем специализируется человек, с которым нам приходится иметь дело. И, наоборот, где его слабые стороны. Чаще всего наиболее критично для нас понимание того, какая у этого человека болевая функция. Ведь если человек работает по болевой функции, мы фактически отдаем себя в руки случайности. Может, повезет, а может, и нет. И вероятность того, что не повезет, очень и очень велика. И часто последствия могут быть фатальными.

Например, не стоит идти на операцию по коррекции зрения, а также и на всякие другие операции к таким типам, как Гамлет и Джек (болевая сенсорика ощущений). (Выше я уже писала о Джеке, который 3 года проводил операции на глазах.) В идеале люди этих типов должны быть удалены от любого взаимодействия с телом, и уж тем более не стоим им браться за оперативное вмешательство. При этом не раз заглянув в реальную жизнь, мы видим, что люди этих типов довольно часто притягиваются в медицину. И если уж случилось так, то им лучше выбрать для себя ту нишу, где они принесут как можно меньше вреда, а именно, не работать руками с телом. Мы видели неплохих врачей этих типов в качестве кардиологов, окулистов, оттоларингологов в поликлиниках, где их работа в основном проводится ими на основе их знаний, а не манипуляций с телом.

Тяжело и плохо работают Робеспьеры и Достоевские (болевая волевая сенсорика) в силовых структурах. Они не приспособлены принимать жесткие решения, брать на себя ответственность и участвовать в экстремальных ситуациях, например, когда возникает необходимость остановить драку, погром, уличные разборки. Им также нелегко возглавлять коллективы, оказывать силовое давление в случае, если это необходимо, участвовать в силовых переговорах, защитить свою команду (отдел) в случае конфликта и претензий со стороны вышестоящего начальства. Поэтому если вам нужна физическая защита, то представители этого типа не смогут предоставить ее вам. В полиции Робеспьеры лучше работают с документами, подальше от реальных столкновений. Одного Достоевского видели в качестве охранника, который работает на машине сопровождения. Ну, наверное, это еще куда ни шло.

* * *

Часто можно слышать от некоторых гуманистически настроенных людей, что нет ничего плохого, если человек работает тем, кем ему захотелось. Ну, хочется ему очень сильно работать по болевой – так почему нельзя? Что за глупые ограничения?!

Но ведь вопрос-то не только в наших хотелках. Есть и другая сторона дела – потребители, которые получат от нас некачественный "продукт", созданный по нашей болевой функции.

Если человек не хочет поберечь свое здоровье, работая по болевой, так пусть подумает хотя бы о других, которые вынуждены будут расхлебывать проблемы из-за его косяков. Последствия часто могут обернуться большими неприятностями.

Гексли и Наполеон (болевая структурная логика) не являются квалифицированными юристами, бухгалтерами, хорошими учителями математики и других серьезных предметов даже в школе. Что уж говорить о вузах. Однажды мне довелось испробовать это на себе, когда, получая второе психологическое образование, я обучалась методам мат. статистики у женщины Гексли. Она и сама не верила, что этот материал можно понять и выучить. И уж тем более не надеялась объяснить это своим студентам. Поэтому зачет получили все (как она и обещала), но также все завершили этот курс со священным ужасом по отношению к мат. статистике и с верой в то, что гуманитариям это не дано постичь. Если так случилось, что представители этих типов оказались в школе, то они будут хорошо преподавать гуманитарные предметы, а также вполне могут найти себе применение как учителя в начальной школе, потому что к детям они относятся очень тепло и умеют наладить с ними контакт.

Если вам понадобилось продать и/или приобрести квартиру, не нужно прибегать к услугам таких типов, как Дюма или Есенин (болевая деловая логика). Это очень милые люди, но они мало понимают в тех сложных и ответственных задачах, которые зачастую приходится решать в сфере недвижимости. Так же страшновато доверить им проектирование и строительство любого дома или инженерного сооружения. Не стоило бы прибегать к их услугам и в банковской сфере, особенно если это связано с кредитованием или ипотекой. Если люди этого типа все же оказались в банке, им лучше работать с подготовкой и оформлением документов, где вышестоящее начальство сможет контролировать их работу. Или – что еще лучше – с персоналом, так как они отличные коммуникаторы и умеют оказывать на людей мягкое, ненавязчивое воздействие.

* * *

К сожалению, блок суперэго актуален для человека как раз в ту пору, когда он должен выбирать себе профессию. Вот и получается, что болевая функция становится очень актуальной и важной именно в этом возрасте.

Особенно часто можно встретить Дон Кихотов и Жуковых, завернувших на психологические факультеты (болевая этика отношений). Учатся оба эти типа хорошо. Почти все книги по психологии написаны тоже структурными логиками. Поэтому с учебой все проходит неплохо. Но потом возникают трудности. Если вы выбираете себе психолога, то лучше знать его тип, чтобы он был совместим с вашим. Тогда польза от консультаций будет, в противном случае может оказаться, что толку нет. Могут ли представители этих двух типов работать в области психологии? Могут. Но с оговорками. Они могут быть преподавателями психологии, заниматься исследовательской работой, изучать мат. методы, статистику. Можно также быть организационным психологом. А вот в консультировании, где есть прямой контакт с человеком и его проблемами, им лучше не работать. Сюда же добавим и другое взаимодействие с людьми, например, им лучше не работать с детьми в детских садах, в брачных агентствах, с персоналом.

Меньше ущерба приносят окружающим Габен и Бальзак (болевая этика эмоций). Если у представителей этих двух типов от природы красивый голос и они стали певцами, то поют они хорошо (например, Бальзак Александр Градский или Габенка Тамара Гвердцетели). Другой вопрос, что им самим такая работа кажется довольно сложной. А нам-то что? Мы послушаем. Опять же если представители этих типов не умеют работать на холодных контактах, то тут неприятности для работодателя. Нас как клиентов это не затрагивает. Если они не могут создать определенную эмоциональную атмосферу в коллективе, это тоже можно пережить. Они обычно хорошо работают, так и ладно. Получается, что от такой болевой мало ущерба для окружающих, так как она имеет довольно узкую область применения. Да, применимость типов и отдельных информационных потоков в жизни разная, так оно и есть.

* * *

Болевая функция находится в блоке социальной адаптации, а потому она может казаться человеку очень привлекательной темой для самоутверждения в обществе и для самореализации. Действительно достижения по ней кажутся очень важными и значительными для нас. Однако нужно понимать, что одно дело наши субъективные представления и совсем другое объективные результаты. Только аутентичные носители той же функции смогут заметить наши провалы по болевой, которых мы сами даже не заметили.

Для типов Максим и Драйзер (болевая интуиция возможностей) такой зоной неуверенности являются профессии, где требуется быстрая находчивость, спонтанные решения, действия в условиях неопределенности. Поскольку по этому сюжету нас нигде не обучают, то представители этих двух типов обычно и не выбирают таких профессий. Как правило, они доверяют проработанным сюжетам, накопленному опыту, надежным паттернам выполнения работы. Опора на знакомое и надежное позволяет им практически исключить столь ненадежный подход, как спонтанность, уникальность, находчивость. Поэтому крайне редко можно встретить их в качестве промоутеров, пиарщиков, в рекламе, в работе на холодных контактах. Тем не менее, в каждой профессии встречаются ситуации, где под давлением обстоятельств приходится действовать спонтанно, без подготовки, по наитию. В этих случаях на представителей данных типов лучше не рассчитывать.

Для типов Гюго и Штирлиц (болевая интуиция времени) не подходят такие профессии, как историк или политолог. Они плохо справляются с выполнением срочных или авральных работ, затрудняются с прогнозированием, не вписываются в рваный временной режим. Профессия авиадиспетчера также относится к неудачным для представителей этих типов. Им также сложно сформировать расписание, построить временной график выполнения работ, особенно, если это касается сложных и долгосроных производственных задач. Если такого рода работа была поручена именно им, лучше проверить конечный результат, чтобы избежать накладок, которые коснутся всех других.

Резюмируя материал по этой теме, еще раз подчеркну: вопрос работы по болевой упирается не только в то, что сам человек воспринимает ее как доблестный вызов, готов потрудиться и самоутвердиться в выбранной сфере деятельности, а в то, что от таких его "трудов" могут пострадать другие люди. Иногда вплоть до смертельного исхода.

Не работайте по болевой! Берегите друг друга!

Л. Бескова

Задайте свой вопрос

 

 

 

Нажимая на кнопку, я принимаю условия Пользовательского соглашения и даю свое согласие на обработку персональных данных.

Меню